Детективы во сне и наяву

Куликова Галя
Родилась в славные 60-е годы, когда неформальная советская литература была на подъеме. Может быть, тогда все и началось? В смысле – безотчетная, подсознательная тяга к сочинительству…
Кстати! В это же время официальными властями реабилитирован жанр, ранее признанный «вредным», «буржуазным», и «разрушающим моральные устои». То есть – заново родился отечественный детектив.
И это едва ли было случайным совпадением.
 
Родители вряд ли предполагали, что младшенькая (у Гали есть старшая сестра – красавица блондинка по имени Сабина), в будущем станет популярным и модным писателем. Но все свидетельствовало, что в их благополучной и обеспеченной семье подрастает вполне самостоятельная творческая личность. И папа с мамой на семейном совете большинством голосов решили – быть посему! (Обладавшая правом совещательного голоса Сабина также не возражала).     
Не скованная цепями семейно-педагогических догм и условностей, Галя Куликова сначала в детском саду, а потом в школе поочередно раскрывала свои таланты в:
- спорте (фигурное катание)
- музыке (игра на гитаре, вокал)
- хореографии (танцевальный ансамбль «Русская сторонка»)
- драматическом искусстве (театральная студия).
А еще она много читала, благо библиотека  дома была отличная. А еще - дружила, влюблялась, ходила в походы, пела песни у костра.
При этом Галя все годы обучения в школе умудрялась быть отличницей, членом редколлегии школьной газеты, шефствовать над лентяями и двоечниками (многие из них, ставшие впоследствии известными бизнесменами, сегодня с теплотой и благодарностью вспоминают свою школьную наставницу, Галю Куликову).

Куликова Галина
Этот год запомнился не только московской летней Олимпиадой, но и тем, что она поступила на факультет журналистики МГУ. Желание излагать мысли на бумаге, а затем увидеть их напечатанными, взяло верх над всеми остальными желаниями.
Она стала внештатным корреспондентом городской газеты, сотрудничала с «Комсомольской правдой».
Тогда же Галина Куликова пробует писать небольшие рассказы. Однако мысль о Литературном институте отброшена как неосуществимая (вспомним эпоху!). Журналистика ей, как, впрочем, и многим другим писателям до нее, казалась чем-то близким. К тому же, если откровенно, она рассматривала ее как этап промежуточный. Правда, о романах, тем более детективных, Галина Куликова тогда не помышляла. Ею владела другая страсть – стихи. Их снисходительно хвалили маститые поэты, которым она посылала свои произведения, ими зачитывались однокурсники и знакомые, но… Их не печатали – слишком личные, откровенные, интимные. Это была замечательная лирика, но – ничего общественно значимого, гражданского, остроактуального.
Тетрадки со стихами спрятаны в дальний ящик – все осталось, но для себя, для души.
Училась Галина с удовольствием, общение с университетскими преподавателями, а это были такие корифеи как Кучборская, Бабаев, Розенталь,  доставляло радость.
Но все отчетливей понимала – журналистика не то, чему она хотела бы посвятить жизнь. Традиционная летняя практика, а затем и работа в различных изданиях лишь укрепили ее в этой мысли.

Куликова Галина Михайловна
Начался длинный и сложный период, который принято называть «кризис среднего возраста». Все положенные среднестатистическому жителю планеты Земля жизненные этапы были пройдены: получено образование, сыграна свадьба, рожден ребенок. Счастье? Но куда деть вечную неудовлетворенность собой, мысли о том – а что же дальше?  А это странное чувство – я могу еще много, очень много. Я могу… Но что?
Предпринята попытка изменить судьбу, найдена принципиально новая работа – научный сотрудник музея. Лекции, экскурсии, экспозиции, поэзия «серебряного века», Бурлюк, Малевич, Татлин, Маяковский и Лиля Брик…
Безумно интересно, но… По-прежнему - «в моей душе покоя нет». Попытка вернуться в журналистику – снова неудача. Кончаются девяностые – изменилась страна, город, соседи, знакомые. Меняются люди, меняются судьбы. И все тот же проклятый вопрос – а что изменится у меня?

Куликова Галина Михайловна (часть II)
Когда на душе особенно муторно, хочется отвлечься, переключиться на что-то легкое и приятное. Многие с этой целью смотрят сериалы или старые советские комедии. Галина Михайловна предпочитала читать детективы. Долгие годы это была Агата Кристи, Рекс Стаут, Э.С. Гарднер, затем к ним добавился Картер Браун, Дик Френсис; был период увлечения Хмелевской. Но хандра посещала все чаще, поэтому едва ли не единственным чтением в какой-то момент стало чтение детективов.
А вот затем произошло нечто необычное: пропал сон. Не помогало ни снотворное, ни физические нагрузки, ни старинный бабушкин способ - считать слонов. Начались долгие бессонные ночи, где явь чередовалась с полной прострацией. Стало страшно, и вот тогда Галина попробовала собственный способ борьбы с недугом – она стала не считать слонов, а рисовать их. Когда надоедало рисовать, она писала на листе: «слон, слон, слон…». А затем, сама не понимая почему, написала: «Однажды в зоопарке был убит слон. Он пал жертвой интриг директора зоопарка и его заместителя». Эта фраза ее развеселила, и она прибавила: «На поиски убийцы были брошены лучшие оперативники города».
Спать по-прежнему не хотелось, появилось странное желание продолжить тему про несчастное африканское животное. Увлекшись, она исписала лист с обеих сторон, взяла следующий. Рассказ про слона, коррупционеров из зоопарка и ловких следователей был закончен к утру. Спать совсем не хотелось, но чувствовалась приятная усталость и некая умиротворенность. А днем…Галина Михайловна заснула на несколько часов.
Опыт повторился на следующую ночь. И на следующую. Сон стал понемногу возвращаться – сначала днем, на час-другой, потом больше, потом удавалось отдохнуть уже в то время суток, которое для этого и предназначено. Эксперимент шел благополучно, но остановиться она боялась – вдруг бессонница вернется. Вариации со слонами, с которыми каждый раз происходило что-то нехорошее, закончились довольно быстро, так что пришлось выдумывать другие сюжеты и других героев. Появились частные сыщики, фирмы, где происходили таинственные убийства…

Однажды к Галине Михайловне зашла подруга на чашку кофе. Увидела разбросанные по столу листки, начала читать, зачиталась и… потребовала продолжения! «Тебе нужно отнести рукопись в издательство», - заявила она.
Сначала Галина Михайловна отнекивалась, но зернышко уже было посеяно и, в конце концов, дало всходы. «Почему нет?» - спросила она себя однажды утром.
Это было утро рождения новой звезды отечественного детектива. Причем его легкой, веселой, освежающей разновидности.