Пресса

Интервью длинною в день. Часть 1

31 октября 2013г.

«Все мои сюжеты рождаются из всякой ерунды». Именно с этих слов началось наше необычное интервью с писательницей Галиной Куликовой. Интервью длинною в день, в течение которого мы поговорили с Галиной Михайловной обо всем, что только может прийти в голову, и очень удивились, когда за окном внезапно стемнело.

Это было очень необычное интервью, не совсем «вопрос-ответ», поэтому, и излагать его мы решили не совсем обычно – вы не увидите вопросов, но все поймете, когда будете читать небольшие зарисовки о Куликовой, ее мыслях и жизни в небольших, но емких отрывках.

Приступим?..

ОБ ИДЕЯХ

«Идеи рождаются внезапно, - утверждает писательница. - Из чего угодно, и чаще – из всякой ерунды: из вскользь брошенных кем-то слов, из проезжающей мимо машины, из новостей, в которых порой говорят такими словами, что я даже не совсем понимаю, о чем речь, и начинаю над этим думать… Вот, например, сижу я возле приемной зубного врача, в трансе жду вызова в кабинет, вижу журнал, читаю об американском центре криогенной медицины... Все, завязка сюжета романа «Фантом ручной сборки» готова.

Или еще пример. Идея романа «Коллекция ночных кошмаров» родилась из почти мистического совпадения. Я прочитала в какой-то статье, что во Франции голубей называют «городскими крысами». Я подумала: «Как интересно». Поискала в интернете, а там вместо информации про голубей на меня вывалился список статей про убийства во Франции. Ну не знак ли?

Вообще, если посмотреть историю поиска на моем компьютере, я думаю, меня смело могут обвинить в убийствах, или, по крайней мере, в том, что я этим профессионально промышляю. Яды, способы растворения трупов кислотой, виды огнестрельного и холодного оружия, смертельные удары, удушение... Весь киллерский набор!

О НАЗВАНИЯХ

Могу сказать вот что: в самом начале моей карьеры название для нового романа было одной из главных моих забот! Я тратила кучу времени на то, чтобы придумать ударное название. Бывало, правда, идея приходит сразу, но чаще это все же продукт серьезных мучений. Например, название моей первой книги «У жертвы мое лицо» (позже название было изменено на «Рога в изобилии») возникло сразу и понравилось всем. Сейчас поиск названия – это не столько творческий процесс автора, сколько рабочий редакторский. Много факторов – название должно соответствовать серии, в которой выпускается книга, название должно быть потенциально коммерчески выгодным и другие. Балом правит издатель, что уж сказать, и «право первой ночи» принадлежит ему.

Но я все же стараюсь участвовать в процессе – предлагаю свои варианты, из которых иной раз и выбирают что-то подходящие. Обычно, это 10-12 вариантов. «Коллекцию ночных кошмаров», например, я предложила как один из вариантов, а вот «Два ужасных мужа» – издательское. Мое название звучало иначе: «До поросячьего визга».

О РЕЖИМЕ

Раньше я писала только по ночам. Когда отключались телефоны, засыпали домашние, и я знала, что меня никто не потревожит. Соответственно, полдня я спала. Бывало, что писала сутками, потом сутками отсыпалась. Ужас! Это конечно, неправильно, но отказаться от такого графика трудно. От вдохновения невозможно отмахнуться, просто погасить его, как ночную лампу, и лечь спать.

Сейчас график изменился — я начинаю писать утром, потому что заметила: то, что написано утром и днем (не ночью!), получается гораздо интереснее. Текст чище, я меньше правлю. Видимо, ночь — время мистическое. Вдохновение и эмоции через край, но все же на поверку «утро вечера мудренее».   

Конечно, пишу я не каждый день. Бывает такое, что просто «не пишется», и тогда я разбираю свои записи (у меня на столе страшный беспорядок!), редактирую текст, придумываю новые сцены…

Бывает, что когда я работаю не дома, я пишу целыми главами в блокнотик, а потом забываю о них. Недавно был такой случай: я опубликовала книгу, а потом нашла две написанные в кафе главы, о которых совершенно забыла.

Пишу я на компьютере. Но, тем не менее, когда заканчиваю рукопись, я выбрасываю целый мешок черновиков, написанных от руки. Что-то в процессе работы я использую, что-то нет, но в конечном итоге все записи отправляются в мусорное ведро. Если бы я их хранила, мне нужно было бы освободить целую комнату для архива.

О ПРОЦЕССЕ

Я пишу быстро, но могу надолго затормозить, если споткнусь на какой-то идее или фразе, которая, как мне кажется, «не звучит». Словари, справочники, поисковые системы — я пользуюсь всеми доступными способами получить нужную информацию. Если я чувствую, что фраза не звучит … о-ох… Это надолго. На самом деле, я очень хочу испробовать метод Стивена Кинга. Мне кажется, что так писать, как пишет он, очень интересно. То есть писать вообще все, что приходит в голову, от начала и до самого финала, а потом уже читать и редактировать. То есть не перечитывать рукопись до тех пор, пока она не будет полностью закончена. В процессе работы желание перечитать написанное будет гнать тебя вперед, заряжать энергией.  К тому моменту, когда ты поставишь точку, рукопись станет для тебя вожделенной. И читать ты ее будешь не замыленным глазом, который возвращался к одному и тому же абзацу снова и снова, а свежим взглядом будущего читателя. Именно так можно увидеть рукопись со стороны. Я еще не пробовала, но очень хочу попытаться.

Не часто, но бывает, что мне приходится расписывать сюжет на листочке и держать его у компьютера, чтобы не забыть, где и когда начать выдавать ту или иную информацию. Поэтому когда я пишу детектив, я стараюсь писать текст так, как он будет выглядеть в книге, последовательно, а не перескакивать из начала в конец, а потом в середину. Так можно сделать массу фактических ошибок.

В среднем, сочинение романа занимает от трех месяцев до полугода. Не знаю, долго это или нет, как посмотреть.

О ВРЕМЕНИ

Мне интересно писать о настоящем. Не о будущем, не о прошлом. Всегда действие в моих романах происходит в том времени, когда он пишется. История происходит сегодня. Вот, например, «Два ужасных мужа» я начала летом, и действие происходит летом.

О ПЕРСОНАЖАХ

Я никогда в жизни не задумывалась о количестве персонажей в моих книгах. Они появляются по мере необходимости. Я понятия не имею, сколько персонажей у меня в конкретной книге. Второстепенные герои часто невероятно важны. Они придают истории вкус и порой становятся зачинщиками забавных сцен. Хотя, вот, например, в романе «Два ужасных мужа» главного героя как такового нет. Вроде бы имеется главная героиня, вокруг которой разворачиваются события, но по ходу дела второстепенные герои неожиданно стали не менее важными, чем она.

Сколько человек я укокошила в своих книгах, я тоже не считала.   Сейчас я вспомню… в романе «Два ужасных мужа» три трупа. Точно, их три. Кажется...

ПРО КУДЕСНИКОВА и ДРУГИХ

Один из самых моих любимых романов – «Муха на крючке». Первый роман о Кудесникове. Я даже несколько раз за все прошедшие годы перечитала эту книгу, чего обычно не делаю. Но что интересно, «Муха» едва не осталась в черновиках. Я написала страниц пятнадцать, перечитала и решила, что это ерунда. И бросила. Написала другую книгу, сдала ее, и открыла «Муху». Вау, интересно! Написала еще страниц тридцать. Да нет, какая-то фигня, опять бросила. И так раза четыре, не меньше! В конце концов, когда я ее закончила, она стала одной из моих самых любимых. Кудесников мне очень нравится, мне он интересен. И будет еще книга о нем. Я напишу романтическую историю, новый детектив и только после этого возьмусь за Кудесникова. Я думаю, Кудесников затронет интересы очень серьезных людей, и они украдут его кота. Единственное существо, ради которого частный сыщик готов продать душу.  Да-да, задумано похищение Мерседеса.

Клясться не стану, творческий человек непостоянен и часто меняет планы. Но на сегодняшний день я решила так: новых книг про Сабину не будет. (Не уверена, что повторю эту же фразу через год). Бессонов, тоже, вероятно, нет. Хотя, мне кажется, что я до конца так толком и не воплотила ту идею, которую намеревалась воплотить с самого начала. Аллергик обладает таким острым обонянием, которое помогает ему распутывать преступления.  И любовный треугольник Майя-Половцев-Бессонов… Вопрос интересный. В общем, я еще не решила точно. А вот Сабина… Тут я совершила глупость. Я свела ее с Тверитиновым сразу же и бесповоротно. А без любовной линии Сабина мне не интересна! Во второй книге я их рассорила и помирила. Но всегда я так делать ведь не могу. Можно, конечно, его убить, похитить… Но - нет. Может быть, будет новая Лайма. Если я сочиню сюжет международного масштаба, это будет дело для группы «У».